[Ранний Фет из лавки Клочкова] Репертуар и Пантеон театров. 1847.

РЕПЕРТУАР И ПАНТЕОН ТЕАТРОВ, издаваемый И. Песоцким, под редакцией Ф.А. Кони. С. Петербург, В Типографии Штаба Отдельного Корпуса Внутренней Стражи, 1847. Том третий, том четвертый.

В полукожаном переплёте эпохи с тиснением на корешке. Небольшие потёртости переплёта, расслоение уголков. Отсутствует свободный лист форзаца. На первом титульном листе бледный размытый номер чернилами, ржавые разводы от влаги, если подмывали, то очень давно. 17-я страница чистая, без следов. Фоксинги, непринципиальные загрязнения; несколько листов обрезаны неровно немного больше основного блока, в частности, лист с публикацией Фета. СТРАНИЦЫ ВСЕ. На нахзаце ярлык-экслибрис антикварной книжной торговли В. Клочкова. В целом очень достойное состояние. 2, 42, 150, 98 + 2, 52, 126, 88 стр.; 22,2 х 15 см

Главный русский театральный журнал первой половины XIX века. «Пантеон русского и всех европейских театров» образовался в 1842 году от слияния журнала «Репертуар русского театра» И. Песоцкого, выходившего с 1839 года, и «Пантеона русского и всех европейских театров», печатавшегося в 1840-1841 г. Впоследствии журнал менял своих редакторов и издателей, также видоизменялось его название: «Репертуар русского и Пантеон иностранных театров», «Репертуар и Пантеон», «Пантеон и репертуар русской сцены» и др. Наконец, в 1852 году снова стали выходить два журнала: «Репертуар русской сцены» и «Пантеон»; оба журнала издавались до 1856 года.

В третьем томе ранняя прижизненная публикация стихов молодого Афанасия Фета (1820-1892).

В журнале опубликованы романы, пьесы, театральная хроника столичных театров, биография Кальдерона, музыкальная летопись Ф. Кони, а также театральные анекдоты и байки, обозрение иностранных театров и др.

«...Пушкин сидел раз в русском театре, когда, по окончании пустого водевиля, молодежь с неистовым криком и хлопаньем, стала вызывать молоденькую актрису МР., которая отличалась только смазливым личиком, но решительно не имела таланта. Это оскорбляло эстетическое чувство поэта, и он начал шикать. Молодой офицер, сидевший перед ним, обратился к нему с наглостию и сказал: «Замолчите, сударь, вы глупец!» - Что я не глупец, - отвечал Пушкин хладнокровно, - знает вся Россия, потому что я – Пушкин; а пощечины я вам не даю потому, чтобы не подумали, что и я аплодирую М.Р.».

Редкость в подобном виде и состоянии.

БЕЗ ПЕЧАТЕЙ И ШТАМПОВ ДЕЙСТВУЮЩИХ БИБЛИОТЕК.