Луи Бурдо. Вопрос о смерти и его различные решения. Перевел с 3-го французского издания Е. Предтеченский.
Издание А. С. Суворина, С.-Петербург 1911 г. XVI + 302 стр. Увеличенный формат. Размер 16 х 22.8 см.
Вес 565 гр. Твёрдый слепой владельческий переплет. Комплектный экземпляр.
Состояние хорошее , чистая книга без помарок в тексте и загрязнений, владельческая подпись на титуле,
несколько печатей 1920-х Эстонского эзотерического общества, следы времени (смотри картинки).
Г. В. ПЛЕХАНОВ. О книге Луи Бурдо. Вопрос о смерти и его различные решения.
("Современный Мир" No 9, 1911 г.). Экстракт.
Окончательный вывод Луи Бурдо, в его исследовании вопроса о смерти, сводится к тому, что вера в загробное
существование не основывается ни на каком достоверном положении, что она не опирается даже ни на какие
вероятные соображения, и что, наконец, нет никаких логических доводов в пользу ее возможности. Он говорит:
"Различение в человеке двух разных и отдельных друг от друга существ, духовность, переживание души,
это наследие первобытного анимизма, составляют чисто воображаемые представления, не подтверждающиеся
при более точном изучении действительности. Разум отказывается понять, чтоб какое-нибудь существо продолжало
жить, когда оно перестало жить, чтобы наше я, физическое и психическое единство которого очевидно для нашего
сознания, могло разделиться и чтобы я духовное, которое невозможно разъединить от я материального, так как оно
проявляется только в последнем, могло, тем не менее, существовать после него" (стр. 246). Еще более трудным для
понимания представляется автору учение о воскресении. Мысль о том, что разложившееся тело будет воссоздано,
или заменено другим, подобным ему, телом, противоречит, как думает он, всем законам природы (стр. 247). И, конечно,
со всем этим надо безусловно согласиться. Нельзя также не признать, что теперь, когда, вследствие продолжающегося
упадка общественного настроения, у нас еще не прекратились многоразличные религиозные искания, полезно было
собрать воедино все те доводы, которые говорят в пользу трезвого научного решения вопроса о смерти. В этом смысле
я очень рекомендую книгу Бурдо читателям, еще не покончившим с этим вопросом. Развивая свою правильную мысль
о том, что лучше устраивать рай на земле, нежели мечтать о рае небесном, Бурдо делает несколько досадных промахов.
Отмечу, по крайней мере, один из них, наиболее важный. "Религиозное чувство, -- пишет он, -- внушает нам желание
войти в общение с бесконечной жизнью, олицетворенной в боге? -- Обожествляйте себя. Вырабатывайте себя по тому
идеалу совершенства, пред каким вы преклоняетесь" (стр. 282). Это напоминает г. А. Луначарского и подобных ему
мыслителей, которые сначала объявляют бога фикцией, а потом провозглашают человека богом. Бурдо выразился бы
сообразнее со своим образом мыслей, если бы сказал: очеловечивайте себя. Не менее противоречит он своему образу
мыслей и тогда, когда утверждает, что "природа вся пропитана божественным. Тут он проявляет ту же самую